Афера
Шрифт:
– Ты плохо знаешь актеров, – помотал головой Ираклий. – Даже если он не выйдет сразу, он уже все равно не сможет оставаться на месте. Вот увидишь, через час он будет метаться, как тигр в клетке. Он захочет бежать. Нам останется только немного подождать.
– Ну, смотри у меня! – Вексель сжал большой костлявый кулак. – Если все будет не так красиво, ты у меня попляшешь, адвокат хренов!
Глава 16
Гуров и Крячко уже второй час ждали «гостей». На улице быстро темнело. В доме Чаплыгина на первом этаже зажгли свет. Гуров и Крячко сидели на втором, в кабинете хозяина, где света не было. С ними находился
Дежурили они в ржавом пустом фургончике на повороте дороги. Это древнее убежище стояло на кирпичах как раз в том месте, где кончался дачный поселок. Со всех сторон оно уже обросло кустами, чертополохом и молодыми деревцами. Из его выбитых окон было удобно наблюдать за проезжающими по дороге машинами. Гуров предполагал, что Векселю может прийти в голову идея оставить автомобиль, так сказать, за околицей, чтобы не привлекать внимания, а самому незаметно приблизиться в темноте к дому.
Велось наблюдение и на противоположном конце улицы – там, где не было асфальта, засел лейтенант Власенко. Гуров не хотел оставлять Векселю ни единой лазейки. Однако полковник Крячко отнесся к его затее скептически.
– Вот увидишь, никто этой ночью здесь не появится! – заявил он. – Ираклий элементарно предупредит Векселя, и тот рванет куда-нибудь подальше. А с Ираклия взятки гладки. Он тебе наплетет, что не нашел Векселя, – и что ты ему сделаешь? Даже не сомневайся, все так и будет. Достаточно один раз взглянуть на физиономию этого адвокатишки, чтобы понять: никаких дел с ним иметь нельзя.
Полковник Крячко настроился против Ираклия с первой минуты, как только они разыскали того по инициативе Гурова в одном из любимых ресторанчиков адвоката. Покушать Ираклий Телава любил всегда. На этот раз ему, правда, основательно испортили аппетит. С Гуровым Телава ранее почти не сталкивался, но широкая осведомленность во всех областях жизни заставляла его относиться к этому человеку со всей серьезностью и по возможности держаться от него как можно дальше. Теперь же в самый неожиданный момент произошло столкновение, и настолько плотное, что Телава сразу же был выбит из седла и практически не сопротивлялся. Он смиренно выслушал требования Гурова, проникся ими и даже внес некоторые ценные предложения. Вилять хвостом он не стал и согласился сдать Векселя немедленно и со всеми потрохами. Он даже признался Гурову, что в душе рад такому развитию событий.
– Скажу вам честно, господин полковник, сам подумывал о том, чтобы передать негодяя в руки правосудия! – с горячностью заявил он. – Просто душа не на месте, что такой опасный субъект до сих пор на свободе! Единственное, что удерживало, – это страх за свою жизнь. Животный нерассуждающий страх! Ведь, не поверите, этот мошенник в последнее время совсем озверел – бросается на людей в прямом смысле этого слова. Бешеный стал, слова ему не скажи. А этого Калинина… Ведь чудом не убил! Вы правильно задумали укоротить его. Давно пора!..
Он так много и правильно рассуждал на эту тему, что полковник Крячко уверился: продаст при первой же возможности. Гуров, однако, был с ним не согласен.
– Ираклию деваться некуда. Он и так ходит тут по лезвию бритвы. Бизнес у него настолько тонкий – зацепишь, он и поползет. Ссориться с нами он не захочет. И потом, Телава не дурак, он понимает, что в сложившейся обстановке вполне
– Тогда надо было сразу брать Ираклия под колпак! – заявил Крячко. – Вывел бы он нас на Векселя, и не надо было бы кормить здесь комаров и бегать ночью по садам.
– Мудрая мысль! – иронически заметил Гуров. – Боюсь только, что Вексель тоже не дурак, и если бы почуял неладное, то мигом бы отказался от встречи. Что тогда – снова его искать? Или затевать перестрелку где-нибудь в центре города? Совсем плохо вышло бы. Нет, самый подходящий вариант, который мы вдвоем с Ираклием разработали. Информация о том, что накрыли здесь гнездо разврата, в средства массовой информации не прошла. Значит, Вексель тоже ничего не знает.
– Ну, будем посмотреть, – с сомнением заключил Крячко. – Мне вот больше всего не нравится, что приходится сидеть тут в темноте. В кои веки оказалась рядом красивая женщина – и той мы не видим!
– Я сегодня не женщина, товарищ полковник, а лейтенант Шаронова! – отозвалась из темноты их напарница. – Именно в этом качестве прошу меня и воспринимать. А то мужики всегда на ерунду отвлекаются, а потом из-за этого операции срываются. Начальство и так на меня косится.
– Это оно известно по какой причине на тебя косится! – убежденно сказал Крячко. – По той же самой и косится. А операция… Куда она денется, эта операция! Сколько их было в нашей с Левой жизни – а разве кто-нибудь стал от этого счастливее?
– Наверное, кто-то все-таки стал, – негромко ответила ему Шаронова.
Крячко вздохнул.
– Уж точно не я, – сказал он.
Гуров хотел заметить, что милиция работает не ради персонального счастья полковника Крячко, но в этот момент зазвонил его мобильник. Докладывал капитан Халязин, который обосновался в ржавом фургоне на повороте дороги. По его словам выходило, что за перекрестком остановилась легковая машина, а трое ее пассажиров направились в глубь поселка.
– Двое как будто попадают под описание, – сообщил он. – Один маленький, толстый. Другой худой такой фитиль. Третий среднего роста, незнакомый. Собственно, и тех двоих я не берусь опознать. Темно здесь.
– Машину осторожно проверить, – распорядился Гуров. – Обязательно блокировать. За дорогой следить неусыпно. Но будьте осторожны. Тем более что третьего мы не знаем.
Он положил в карман трубку, поднялся и шагнул к двери, которая угадывалась по полоске света, падающего через узкую щель из коридора.
– Ну что? Пойдемте, господа-товарищи! – предложил он с тихим смешком. – Видимо, у нас вот-вот будут гости. Нам даже придется поставить один лишний прибор, потому что появился незапланированный участник.
Все молча встали и последовали за ним. Последним в коридор вышел Калинин. Он выглядел неважно: был бледен и смотрел по сторонам с тоской, как человек, которому только что сообщили неутешительный диагноз.
– Вы бы подтянулись как-нибудь, господин Калинин! – посоветовал ему Гуров. – По вашему виду они сразу могут понять, что с вами что-то происходит.
– Со мной действительно что-то происходит, – проворчал в ответ Калинин. – Я чем больше думаю, тем больше склоняюсь к мысли, что этот ваш Вексель – сумасшедший. Он чокнутый, понимаете! Он меня убьет! Почему вы не можете просто пойти и взять его? К чему эти дешевые представления?