Шрифт:
Действующие лица.
Сиси-Бузи — царь всея мавров и эфиопов, самодержавный владыка острова до прибытия европейцев; огневодопоклонник (т.е. поклонник огненной воды, еще проще — алкаш).
Рики-Тики-Тави — главнокомандующий всеми вооруженными силами острова, фантастический ненавистник мавров, но огненной воде не враг.
Коку-Коки — или «пройдоха Коку-Коки», авантюрист, погревший руки на стихийном бедствии и временно узурпировавший власть, но плохо кончивший.
Эфиопский парламентер — смутьян.
Рядовой
Эфиопы и мавры — войны, рыбаки, узники каменоломен и другие.
1. Лорд Гленарван — известный аглицкий буржуй, акула британского империализма, выведенная на чистую воду товарищем Жюль-Верном.
2. Мишель Ардан — известный французский буржуй, союзник и конкурент лорда Гленарвана в деле ограбления цветных народов. Акула французского империализма.
3. Собственный корреспондент американской «Нью-Йорк Таймс» на острове. Истории известно, что он является жертвой тропического триппера. Кроме этого, ничего больше о нем истории не известно.
4. Капитан Гаттерас — оголтелый колонизатор на службе у лорда Гленарвана; за систематическую пьянку в служебное время и халатность разжалован лордом в рядовые канониры (пушкари). С горя стал пить еще больше.
5. Филеас Фогг — еще один прислужник лорда, такая же зараза, если не хуже.
6. Профессор Жак Паганель — ученый холуй французских колонизаторов, сиречь Мишеля Ардана и компании. Близорук, в очках, рассеянный паразит с подзорной трубой под мышкой. Пить, правда не пил, а что толку?
Матросы, солдаты, надсмотрщики и другие.
Действие происходит в первой половине ХХ века.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ИЗВЕРЖЕНИЕ ВУЛКАНА
1. История с географией
В безбрежных просторах океана, который, — вероятно, за его постоянные штормы и волнения, — весьма остроумно был назван некими шутниками Тихим, под … градусов широты и … долготы находился большой необитаемый остров. Время шло, и остров постепенно был заселен и освоен прославленными, родственными друг другу племенами — красными эфиопами, так называемыми белыми маврами, и еще маврами некоего неопределенного цвета, не то черного с желтизной, не то желтого с чернотой. Впрочем, пьяные матросы с изредка забредавших сюда судов отнюдь не утруждали себя излишне скрупулезным различением всех тонкостей туземной окраски и всех подряд островитян называли попросту черно…ыми.
Когда знаменитый мореплаватель, лорд Гленарван, на своем корабле «Надежда» впервые причалил к острову, то он открыл, что здесь господствует довольно своеобразный социальный строй. Несмотря на то, что красные эфиопы десятикратно превосходили своим числом белых и разноцветных мавров, вся полнота власти на острове была в руках исключительно этих последних. На троне, воздвигнутом под сенью пальм, восседал царственный властелин острова Сиси-Бузи в роскошном наряде из рыбьих костей и консервных банок. После него занимали почетные места — верховный главнокомандующий Рики-Тики-Тави и главный жрец всея мавров и эфиопов.
Их охраняла отборная, вооруженная увесистыми дубинками, лейб-гвардия, набранная из самых разноцветных мавров.
Красные же эфиопы смиренно обрабатывали
Лорд Гленарван незамедлительно приступил к совершению известной процедуры, каковую он производил всегда и везде, где бы не появлялся: водрузил на вершине горы британский флаг и на своем прекрасном английском языке с оксфордским произношением торжественно изрек:
— Отныне этот остров принадлежит британской короне!
Однако, тут произошло досадное недоразумение. Эфиопы, которые не владели никакими языками, кроме своего собственного, и в силу этой невежественности ни черта не поняли из английской речи благородного лорда, с радостными воплями обступили имперский флаг. Островитян привела в восторг его прекрасная ткань и они, разодрав флаг на множество кусков, тотчас начали сооружать себе из них красивые набедренные повязки. В наказание за подобное святотатство матросы, по приказу лорда, схватили осквернителей, разложили под пальмами, содрали у них с бедер злосчастные повязки и нещадно выпороли.
Так состоялось первое приобщение темных эфиопов к цивилизации, после чего лорду пришлось вступать в непосредственные переговоры с самим Сиси-Бузи. Его высочество нахально заявил благородному лорду, что остров принадлежит ему, Сиси-Бузи, и никакого флага не надо.
В ходе переговоров выяснилось, что еще до прибытия к этим берегам лорда Гленарвана, остров открыли уже дважды. Сначала здесь побывали немцы, а затем еще и другие, которые ели лягушек. И в доказательство своих слов Сиси-Бузи указал на красовавшееся на его шее ожерелье из консервных банок. В заключение его царское величество дипломатично выразить весьма тонкую мысль:
— Огненная вода — это очень вкусно, да!
— Вижу, вижу, что вы уже успели об этом пронюхать, собачьи дети, — с оксфордской изысканностью буркнул себе под нос благородный лорд и, хлопнув по-приятельски Сиси-Бузи по плечу, великодушно дозволил ему считать сей чудный островок по-прежнему его собственностью. Что же касается британского флага, то договорились, что он тоже останется висеть на верхушке горы, — он ведь там никому не мешает. А в остальном все остается без изменений, так как и было раньше. После этого начался товарообмен. Матросы извлекли из трюмов стеклянные бусы, банки залежалых сардин, сахарин и бутылки с огненной водой. Эфиопы же с ликованием вытащили к берегу целые горы бобровых мехов, слоновой кости, рыбы, черепашьих яиц и жемчуга.
Сиси-бузи забрал всю огненную воду себе, сардины тоже, а стеклянные бусы и сахарин милостиво уступил эфиопам.
С этого момента наладились регулярные сношения острова с цивилизованным миром. В бухте то и дело причаливали теперь корабли, с них выгружали на берег английские «драгоценности», а на борт принимали эфиопские «безделушки». На острове поселился собственный корреспондент «Нью-Йорк Таймс» в белых штанах и с неизменной трубкой в зубах, который вскоре заболел здесь тропическим триппером. По совету местных эфиопских медиков корреспондент лечил свою хворобу водным раствором спирта, изготовленным по особому рецепту: две капли воды на стакан спирта. Эта микстура в какой-то степени облегчала мучения страдальца.