Чужак
Шрифт:
— Вы многое сделали, распутывая это дело, — заметил Шерри.
— Я напоминал человека, который бредет во тьме и ждет рассвета, — отозвался шериф. — Осветили все это мне вы, старина, когда отправили эту пару моряков в Сан-Педро. А знаете, мисс Вилтон так хорошо им заплатила, что они теперь не протрезвеют до конца своих дней. Но если все-таки потратятся, смогут опять обратиться к ней и получить дополнительную
— Она пришла в себя?
— Она тверда как кремень и хочет вас увидеть.
— Я отправляюсь опять в прерии, — торопливо сказал Шерри.
— Почему?
— Там достаточно свежего воздуха, чтобы проветрить мозги от всех этих неприятностей.
— И вы хотите пуститься в дорогу немедленно?
— Да.
— Даже не повидавшись с ней?
— Я пошлю ей записку.
— Вам не потребуется делать этого.
— Вот как?
— Вот так, — улыбнулся шериф. — Я предвидел, что вы поступите как глупец, поэтому посоветовал ей самой прийти в гостиницу и повидаться с вами.
Шерри вздрогнул.
— Черт возьми! Неужели вы это сделали? — воскликнул он.
И в этот момент раздался очень тихий, еле слышный стук в дверь.
Шериф отворил ее.
— Я оказался прав! — заявил он. — Молодой глупец собирался удрать. Может быть, вы пробудите в нем немного здравого смысла? А я пока спущусь в ресторан чего-нибудь выпить. Думаю, мне это необходимо.
— Но… подождите немного… шериф!.. — заикаясь, выговорила Беатрис Вилтон.
— Я скоро вернусь, — пообещал Мун и решительно захлопнул за собой дверь.
Раздался щелчок запираемого снаружи замка.
Шерри подошел к двери, покрутил круглую ручку.
— Вот обормот! — возмутился он. — Шериф запер нас на ключ!
Беатрис торопливо подошла к окну и с беспокойством выглянула наружу, как будто собиралась спасаться в этом направлении.
Потом они повернулись друг к другу и обменялись взглядами.
— Вы хотите уехать из Клейрока? — спросила она с какой-то холодной вежливостью.
— Да, — прямо признался Шерри.
— Даже не повидавшись со мной?
— Да, — сказал Шерри. — Понятно, вы хотите поблагодарить меня. — Но… сказать по правде, мне не нужна ваша благодарность!
Он не смог произнести этого без волнения. Застыдившись не сдержанных чувств, даже прикусил
— Но нам нужно уладить дела, — проговорила девушка, стараясь не показать, что замечает его смущение.
— Какие же?
— Я хочу сказать, что мой дядя обещал платить вам по тысяче долларов в день. За десять дней. Теперь у вас нет никаких оснований не принять этих денег.
— Деньги? — произнес Шерри, чуть не задохнувшись. — Деньги? Мне?
Она взглянула на него чуть ли не с испугом, а он добавил:
— Не забывайте о Ленге. У него где-то живет брат инвалид. Можете послать эти деньги ему.
— О, я, конечно, сделаю это! И вообще позабочусь о несчастном. Бедняга Питер Ленг! Но неужели ничего нет такого, что я могла бы сделать для вас?
— Для меня? Я ни в чем не нуждаюсь. Мне ничего не нужно, — ответил Шерри. — Я теперь же отправляюсь обратно в прерии, на пастбища. Там мое место. Понимаете, городская жизнь не для меня.
Она посмотрела на него с отчаянием:
— Думаю, по отношению ко мне это несправедливо и нелюбезно с вашей стороны. Вы уезжаете и оставляете меня в страшном долгу перед вами!
— Я не хочу беспокоить вас. Понимаете, мне ничего не нужно.
— Совершенно ничего?
— Совершенно.
Она опустила глаза, но потом заставила себя опять посмотреть на него.
— Я согласилась бы на все, о чем бы вы меня ни попросили, — многообещающе прошептала Беатрис.
— На все? — вскричал он.
— На все, — подтвердила она.
Шерри вдруг поднял над нею дрожащие руки и, запинаясь, признался:
— Клянусь Небесами, я ничего не понимаю!
— Думаю, действительно не понимаете! — упрекнула она.
Значительно позже, хотя им показалось, что пролетело всего лишь мгновение, вернулся шериф и осторожно постучал в дверь.
— Я потратил целый час, чтобы разделаться с бокалом спиртного, — сообщил он. — Разрешите мне войти?
— Неужели целый час? — воскликнула девушка.
Шериф отпер замок и вошел, слегка улыбаясь.
— Неужели пролетел целый час с тех пор, как шериф вышел? — удивился и Шерри, не отрывая глаз от любимой.
Беатрис вдруг улыбнулась и, притронувшись к его руке, заметила:
— Это не так уж и долго. Всего один час из целой жизни!