Конго
Шрифт:
— Но это же высокогорная экспедиция.
— Чтобы заменить то, что нуждается в замене, вам хватит девяти часов, возразил Трейвиз.
— У нас нет самолета, чтобы отправить грузы, — сказал Льюис, начальник отдела перевозок.
— В аэропорту Сан-Франциско стоит грузовой «Боинг-747» корейской авиакомпании. Мне сообщили, что он может приземлиться здесь через девять часов.
— Что, корейцы держат там самолет просто на всякий случай? — не поверил Льюис.
— Мне кажется, — ответил Трейвиз, — что другой заказчик в последнюю минуту отменил заказ.
— Во что нам
— Мы не сможем вовремя получить визы от посольства Заира в Вашингтоне, — сказал Мартин, начальник дипломатической службы. — Больше того, у меня серьезные сомнения, выдадут ли их нам вообще. Как вам хорошо известно, в первый раз мы получили визы, так как заирское правительство предоставило нам право на геологоразведочные работы. Но не эксклюзивное право. Нам разрешили въезд в страну, однако точно такое же разрешение было дано японцам, немцам и голландцам, которые объединились в консорциум. Все основано на принципе: чей черед, тот и получил. Кто первым наткнется на рудное тело, тот и подпишет контракт. Если заирское правительство узнает о наших проблемах, оно попросту отменит свое разрешение и предоставит возможность попытать счастья евро-японскому консорциуму. Сейчас в Киншасе сотни три японских чиновников, они разбрасывают иены направо и налево.
— Думаю, вы правы, — сказал Трейвиз. — Так и будет, если в Заире станет известно о наших проблемах.
— О них станет известно в ту же минуту, как только мы подадим прошение о визах.
— Мы не будем подавать прошения, — сказал Трейвиз. — Всем известно, что в Вирунге работает наша экспедиция. Если мы достаточно быстро доставим на место вторую группу, никто и никогда не догадается, что изменился весь состав экспедиции.
— Ну а как же с личными визами на право пересечения границ, с декларациями…
— Это детали, — сказал Трейвиз. — Для решения таких проблем достаточно бутылки.
Трейвиз имел в виду мелкие взятки, в качестве которых часто служили крепкие напитки. Отправляясь в самые разные уголки земного шара, экспедиции компании всегда брали с собой коробки со спиртным и неизменными любимыми сувенирами: портативными радиоприемниками и камерами «Поляроид».
— Детали? А как вы собираетесь пересекать границы?
— Для этого нам потребуется добрый человек. Может быть, Мунро.
— Мунро? Это игра не по правилам. Заирское правительство ненавидит Мунро.
— Он находчив и изобретателен, к тому же отлично знает регион.
— Мне кажется, я здесь лишний, — прокашлявшись, проговорил начальник дипломатической службы. — Насколько я понял, вы намереваетесь нелегально пересечь границу суверенного государства, причем группу нарушителей поведет бывший конголезский наемник…
— Вовсе нет, — возразил Трейвиз. — Я обязан переправить в Конго вспомогательную партию, чтобы помочь нашим специалистам, уже находящимся на месте. Обычная практика. У меня нет ни малейших оснований предполагать, что там произошло что-то из ряда вон выходящее. Просто самая обыкновенная вспомогательная партия. У меня нет времени, чтобы добиваться разрешения по официальным каналам. Возможно, нанимая
В общих чертах сроки и последовательность выполнения всех операций по подготовке следующей экспедиции СТИЗР были разработаны людьми и подтверждены компьютером к 23:45 13 июня. Уже загруженный «Боинг-747» сможет вылететь из Хьюстона в 20:00 следующего дня, 14 июня. Самолет должен прибыть в Африку 15 июня и «забрать Мунро или кого-то вроде него».
Полностью экипированная экспедиция в полном составе должна быть в Конго 17 июня.
Через девяносто шесть часов.
Сквозь стеклянные стены, отделявшие центр связи и обработки данных от кабинета Трейвиза, Карен Росс следила за дискуссией. Еще раз все тщательно обдумав, она пришла к убеждению, что Трейвиз, располагая недостаточной информацией, сделал ложные выводы и слишком рано сказал «что и требовалось доказать». Росс понимала, что бессмысленно отправляться в Конго, не выяснив, что их там ждет. Она осталась у терминала, снова и снова рассматривая восстановленное изображение.
Росс была уверена, что это изображение — настоящее. Но как заставить поверить Трейвиза?
В чрезвычайно сложном мире обработки данных никогда не исключалась возможность того, что извлеченная с большим трудом информация начнет «плавать», то есть изображения станут отрываться от реальности, как корабль с оборванной якорной цепью от места стоянки. Вероятность такого плавания возрастала по мере увеличения числа обработок базовых данных; в генерируемом компьютером гиперпространстве небезопасно крутить сто шесть элементов изображения.
Именно по этой причине в СТИЗР были разработаны разные способы контроля подлинности информации, в частности экранных картинок. Росс проверила изображение гориллы с помощью двух таких программ, первая из которых называлась «Угадывание следующего кадра», или УСК.
Видеоленту можно рассматривать как обычную кинопленку, то есть как последовательность отдельных фотоснимков, или кадров. Росс представила компьютеру один за другим несколько таких «фотоснимков», а затем отдала команду угадать следующий. Потом этот кадр сравнивался со следующим кадром настоящей последовательности.
Росс проверила угадывание следующих кадров в восьми случаях и каждый раз получила правильный ответ. Если в обработку данных и вкралась ошибка, то это могла быть лишь систематическая погрешность.
Ободренная успехом, Росс взялась за проверочную программу «Контроль трехмерности изображения». В этой программе принималось, что плоское изображение на экране всегда имеет какие-то характеристики трехмерного изображения. В основу программы был положен следующий принцип: если компьютер обнаруживал в изображении тень от носа или от горной гряды, то он допускал, что этот нос или эта горная гряда возвышаются над окружающей их поверхностью. Справедливость такого допущения проверялась затем на последующих кадрах. Компьютер подтвердил, что на плоском экране демонстрировалось самое настоящее трехмерное изображение гориллы в движении.