Шрифт:
Сирил Тернер
Трагедия мстителя
Трагедия в пяти действиях
Перевод С. Э. Таска
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Герцог.
Луссуриозо, сын герцога.
Спурио, внебрачный сын герцога.
Амбициозо, старший сын герцогини.
Супервако, ее средний сын.
Юний, ее младший сын.
Виндиче (Пьято) |
} братья, сыновья Грацианы.
Ипполито (Карло) |
Антонио |
} знатные вельможи.
Пьеро |
Дондоло,
Ненчо |
} приближенные Луссуриозо.
Сордидо |
Герцогиня.
Грациана.
Кастицца, ее дочь {1}.
Вельможи, знатные синьоры, судьи, стражники, слуги, судебные приставы.
Действие происходит в Италии {2}, во дворце герцога и в окрестностях.
ДЕЙСТВИЕ I
СЦЕНА 1
Входит Виндиче с черепом в руках. В глубине сцены с факелами проходят
герцог, герцогиня, Луссуриозо, Спурио и их свита.
Виндиче
Идут! Вон герцог, старый блудодей,
Его сынок, развратник и злодей,
Его бастард - эй, из чьего ты брюха?
Его супруга, редкостная шлюха...
Да, все как на подбор. Безмозглый век!
От вожделенья все рехнулись словно.
Не ровный пламень, а пожар греховный
Бушует в них, грозя спалить вконец.
Взять герцога, ведь он живой мертвец.
А тот, чья кровь черней болотной жижи,
Все ближе к власти - ближе, ближе, ближе...
Не быть тому, печенкою клянусь,
Скорей от злобы желчью захлебнусь! {3}
(Обращаясь к черепу {4}.)
О тень моей отравленной любимой,
Скудельница печали, страшный лик,
То, что когда-то было совершенством,
Когда-то... в дни помолвки... Два алмаза
Там, где сейчас провалы, так блистали,
А эти безобразные черты
Так согревала жизнь своим дыханьем,
Что с яркими румянами поспорить
Могли бы эти щечки, раскрасневшись,
И праведник (из тех, что согрешат
Семь раз на дню) так на нее смотрел,
Что хоть восьмую заповедь измысли!
Да за один воздушный поцелуй
Пустил бы сын на ветер все богатства,
Которые с таким добыл трудом,
Давая в рост, папаша-скопидом!
Будь проклят этот царственный вертеп!
Еще ты только-только расцветала,
Когда попалась на глаза плешивцу,
И он, подагрик, распалился так
От прелестей твоих и от упрямства,
Что вмиг, безумец, как-то позабыл
Про то, что он на дело не способен.
Но страшны старцы вспышками своими!
Лишь золото и похоть движут ими.
И стал
Месть, всех убийств разменная монета,
Трагедией расплатится за это.
Пришел мой день и час! Отныне месть
В любую щель поможет мне пролезть.
Пускай пируют, разодеты в бархат,
И пьяно ржут, и тискают девиц!
В костер веселья вашего подброшу
Я сушняка - на славу разгорится.
Вы только с виду - этакий колосс:
Рок свалит тех, кого он сам вознес.
Входит его брат Ипполито.
Ипполито
Что, все скорбишь над этой маской?
Виндиче
Здравствуй.
Что скажешь, брат? Чем нынче двор живет?
Ипполито
А чем всегда: шелками, серебром...
Виндиче
Сказал ты то, о чем я сам подумал.
А как там старая карга Удача,
Не вспоминала ли про нас на днях?
Ведь наше горе спит в одних ножнах.
Ипполито
Пожалуй, вспомнила.
Виндиче
А ты не шутишь?
Ну, не томи же.
Ипполито
Наберись терпенья.
Я герцогу служу...
Виндиче
То бишь Разврату.
И вот что удивительно - так долго!
Ипполито
Ты прав, меня бы вышибли давно,
Когда б не герцогиня; эта юбка
Надежней, чем спасательная шлюпка.
Но ближе к делу:
Вчера сын герцога, его наследник,
Имел со мной приватный разговор;
Издалека он начал - то да се,
Мол, что да где, какие ходят слухи,
Короче, все прощупывал меня,
А я смекнул и мысли-то свои
На три замка и тоже - про погоду,
Про бабьи сплетни, - в общем, в тон ему.
И между делом он мне сообщает
Причину истинную нашей встречи:
Я должен тайно для него найти
Того, кто встарь был при дворе обижен,
Иль новой герцогинею унижен,
Кто так смертельно зол на вся и всех,
Что даже не считал бы грех за грех
И - помогал грешить напропалую.
Виндиче
Известный бабник. Этот, говорят,
Ни дамы, ни служанки не пропустит,
А скольких взял в любовницы себе!
Найдется ли уродина на свете,
Горбунья, прокаженная, хромая,
Которая могла бы охладить
Его альковный пыл? Да нет, едва ли.
Такой, коль станет невтерпеж ему,
В постель потащит даже Смерть саму.
Ипполито
Ты прав. Хотя его не видел сроду,
Насквозь ты эту видишь, брат, породу.
Виндиче